Была такая зловещая штатовская тетка на нашей эстраде, которая почему-то называлась русским роком…

ЦРУ или откуда ты, мочалка?

Никто не знает, откуда она взялась и куда потом канула, как погибла наша великая держава… Американская рок-певица (?) Джоанна Стингрэй, живущая и выступающая в России, в специальном представлении, наверное, не нуждается: слишком часто видишь по телевизору клипы песен и музыкальные передачи с ее участием. А уж рекламу конкурса «Один день со Стингрэй» «крутили» так часто, что, наверное, его не скоро удастся забыть. Впрочем, один день с Джоанной провел лишь счастливчик-победитель, и сегодня мы даем возможность всем поклонникам современной музыки поговорить с певицей.

— Скажи, Джоанна, у тебя много поклонников?
— Трудно сказать. В Москве — много. И когда мы сделали «Один день со Стингрэй», пришло немало писем из разных городов. Юра Шевчук вернулся из Мурманска и сказал: «Джоанна, у тебя там много фанов, они спрашивают, когда ты к ним приедешь на гастроли». Наверное, у меня есть поклонники, только я их не всех знаю, потому что мало гастролирую.

— Отчего так?
— Нехорошо плакаться, но в наше время очень трудно организовать гастроли. Рок это не поп, где зарабатывается куча денег. У меня нет спонсоров, потому что я делаю то, что хочу. Если мне скажет человек: «Я тебе дам много денег, буду твоим спонсором, но ты будешь петь то-то и то-то», я не соглашусь. У меня были выступления в концертном зале «Россия» в Москве, я их организовывала сама. Это было очень трудно. Попробуй найти музыкантов, собрать на репетицию, на концерт...
У меня нет группы. Весь мой коллектив реально — это Джоанна Стингрэй и Саша Васильев — мой барабанщик и аранжировщик. А остальные музыканты — все это очень временно и переменно. Для рока сейчас не самое лучшее время.

— А почему ты — американка из Лос-Анджелеса — выступаешь в России?
— (Смеется.) Это самый популярный вопрос. Так получилось. Понимаешь, я не привыкла разграничивать: вот это занятие — только для мужчин, а вот это — только для женщин. И людей я не разделяю. Я — просто человек. Точно так же и все страны для меня — один большой мир. Это все политика — разграничение. Так случилось, что я приехала в Советский Союз (тогда он еще был Союзом) как туристка, побывала в Ленинграде (чудный город в те времена назывался еще Ленинградом). Потом в Москве. Я познакомилась и подружилась со многими интересными людьми.
Это судьба, что я здесь. Иногда, правда, бывает: устану, навалится много проблем, тогда в сердцах могу закричать: «И зачем я здесь!» Но это быстро проходит.
Я не знаю, как это правильно сказать, но здесь есть моя кровь.

— Не поняла...
— Мои бабушка и дедушка из России. Они умерли, когда я была еще маленькой. Но, наверное (смеется), зов предков существует. Я бываю во многих странах, но когда приезжаю в Россию, то чувствую, что здесь мой дом. Когда возвращаюсь в Лос-Анджелес, через неделю-другую начинаю скучать по Москве.

— У тебя здесь есть квартира?
— Нет, я живу у друзей.

— Ты замужем?
— Это очень личное... Я была замужем за гитаристом из «Кино». А сейчас у меня есть любовь.

— Это прекрасно.
— Есть любовь и хорошие друзья. Правда, сейчас я не хочу говорить о личной жизни. Это раньше я была глупой и всем все рассказывала...

— Раз ты не хочешь говорить о личном, то хотя бы ответь на такой вопрос: какой тип мужчины ты предпочитаешь? Обычно, если женщина известная и сильная, да еще работать любит, то мужчине рядом с ней непросто. Он должен быть, во-первых, без комплексов. И еще: прочно стоять на своих ногах.
— Многие думают, что меня любят за то, что я якобы миллионерша. А у меня — проездной билет на метро. Не могу ездить на такси, потому что нет денег. Вернее: не так много, чтобы разъезжать на такси. Хотя не в моих правилах жаловаться... Пусть все считают, что у меня все хорошо.

— А почему ты ездишь в метро? Разве у тебя нет машины?
— В России — нет. В Америке совсем другая жизнь — там невозможно без автомобиля. Я даже скучаю по своей машине, потому что, когда едешь в метро, все толкаются, пихаются... Я им всегда говорю: «Не трогайте меня!» Москвичи, наверное, думают, что я сумасшедшая. Кто-нибудь толкнет, а я поворачиваюсь и говорю: «Пожалуйста, не трогайте меня!»

— Все-таки не понимаю, почему ты предпочитаешь Россию Америке?
— Потому что одни только деньги не могут приносить радость. Я могу гулять по Америке, попробовать найти работу, которая принесла бы очень много денег. Но и тогда я не буду чувствовать себя довольной. Мне интересно то, что я делаю в России. Интересна моя музыка, интересны мои клипы.

— А кто снимает твои клипы?
— Сначала я делала их сама. Они получались смешными, но не более того, последние шесть, интересные, делали: три — Миша Хлебородов и три — Федор Бондарчук. И сейчас Бондарчук будет делать новый. Мне кажется, что каждый клип должен отличаться от другого. Ведь у меня много разных характеров.

— Скажи, ты всегда ходишь в темных очках. Это имидж или ты и в повседневной жизни не можешь без них обойтись?
— С виду я — веселый человек. А за очками такая, какой хочу быть. Очки могут многое скрыть. Пусть думают, что я ничего не боюсь и никого не стесняюсь. Очки я надеваю, чтобы остаться в своем мире. Загородиться, если угодно.

— Ты боишься зрителей?
— Нет. Просто не люблю, когда человек меня совсем не знает и пытается через глаза узнать: кто же я на самом деле? Я этого не хочу. Что и кто я внутри — это касается только меня. Поэтому очки меня и спасают. Вот я сижу довольная и веселая, а внутри может быть смертная тоска...
Мне почему-то кажется, что процентов 90 всех людей занимаются той работой, которая не приносит им удовлетворения. Я же делаю то, что мне нравится, и получаю огромную радость от работы. О чем же еще мне мечтать? Быть может, только о том, чтобы всегда заниматься любимой работой.

— А дети?
— У меня пока нет детей. Мне только 32. Почему я должна рожать ребенка именно сейчас? В этом большая ошибка русских женщин — не успев пожить для себя, толком не узнав жизнь, не поняв ее, они рожают детей. Я же еще к этому не готова.
Я очень люблю и хочу иметь детей. Но это будет попозже, лет через пять...

Лада Акимова
1993 г.