Последнее время в России активно дискутируется вопрос о незаконной вырубке ценнейших пород деревьев, в частности кедра...

Как грабят Россию...

Этот теневой бизнес приобрел гигантские масштабы. Называются жуткие цифры - теневой оборот "лесных" денег составляет чуть ли не половину бюджета всей Сибири. Точных цифр о том, какие миллионы долларов зарабатывают "лесные бароны" и, естественно, теряет государство, как водится, не знает никто. Впрочем, и то, чем все это может закончиться. Сегодня эксперты-экологи сходятся во мнении, что проблема истощения лесных запасов - одна из самых глобальных. Но даже целые институты не могут просчитать ее возможные последствия, ведь остановить нескончаемые потоки уплывающих за бугор кубометров леса не может пока никто.

Много лет назад я прошел пешком и сибирскую, и дальневосточную тайгу: валил лес, тянул линии электропередачи, строил трансформаторные подстанции. Не забыть, как мы тянули ЛЭП для подключения земснаряда на Бикине. Чтобы провести линию, нужно было рубить просеку в тайге шириной 40 метров. Мы прошли более 16 километров, пока не ступили на берег реки, а за нашими спинами остались лежать сотни сваленных деревьев - многовековых кедров, - цены которым не было и никогда не будет. Но, как нередко случается в нашей державе, линия электропередачи оказалась не нужна, а срубленные могучие деревья были вывезены в неизвестном направлении.

За 30 лет, прошедших после того случая, ничего не изменилось. Предприимчивые дельцы и ныне находят самые невероятные способы, чтобы срубить кедр и выгодно его продать.

Лес везет дорога

Истинную цену кедра никто не сможет назвать, но ходовая, коммерческая цена такова: машина КамАЗа оценивается примерно в 1000 долларов. Предприниматели Сибири и Дальнего Востока рады таким деньгам. Но стоит этому же КамАЗу пересечь российскую границу, как цена древесины взлетает до звездных высот. Теперь уже один кругляк (неотесанное бревно) стоит 1000 долларов, а сколько в кузове, сказать трудно: иногда 35, иногда и 40. Так что предприимчивые дельцы из-за кордона действительно сидят на золотой жиле. Они пробираются даже в самые труднодоступные районы, чтобы вывезти лес.

У лесопромышленников есть крылатое выражение - “Лес везет дорога”. Иными словами: если нет лесовозных трасс, то и кругляк не вывезешь. Кто должен строить эти дороги, на какие средства, никто не может толком разъяснить. Обходятся кто во что горазд.

Томские лесопромышленники, например, убеждены, что такая чехарда с дорогами больше продолжаться не может, поэтому настаивают, чтобы на федеральном уровне был отработан четкий механизм и с продажи аукционного леса непременно шли отчисления на строительство лесовозных дорог.

Вопрос о дорогах по-прежнему остается актуальным. Что говорить о новых дорогах, когда имеющиеся пришли в упадок. Лесопромышленники связывают это с запретом на вырубку кедра. Да, действительно, кедр в России, как и во всем мире, занесен в Красную книгу. У нас немало регионов, куда были проложены железные дороги, в том числе и узкоколейные, для вывозки кедра. В связи с запретом узкоколейки были вмиг разобраны и большая часть металла уже продана в соседние страны.

На территории России находится пятая часть всех лесов мира и половина мировых хвойных лесов. Общая площадь лесного фонда и лесов, не входящих в него, составляет в России около 1178,6 млн га. Это приблизительно 70% от всей территории страны. В то же время, по оценкам экспертов Всемирного фонда дикой природы, в результате рубок, пожаров, строительства дорог и прочих последствий деятельности человека уже через 10-20 лет могут полностью исчезнуть последние крупные массивы девственных лесов Европейской части страны, Дальнего Востока, Кавказа и Алтай-Саянской горной страны.

Китаец с денежным чемоданчиком

На вопрос: “Куда идет российский кедр?” - есть четкий, однозначный ответ - в Китай. В 1998 году китайское правительство полностью запретило вырубки леса на своей территории. Но Китай, как мы знаем, страна большая, ресурсов ей надо много. В прошлом году, например, понадобилось около 4,5 млн кубов леса.

По оценкам экспертов Центра международной торговли древесиной, через 25 лет Китай будет нуждаться уже в 200 млн кубометров ежегодно. Поэтому предприимчивый китаец с денежным чемоданчиком стал чуть ли не главной фигурой таежного бизнеса. Пользуясь разгильдяйством чиновников и всеобщим российским хаосом, приходит этот пресловутый китаец и предлагает таежникам вырубить, вывезти кедр за наличные деньги. А наш доморощенный чиновник перед “зелененькими” - как кролик перед удавом, устоять не может. Без шума и пыли предприимчивому китайцу выпишут липовые документы, подтвердят, что везет он не кругляк, а какую-то второсортную, чуть ли не бракованную древесину. Поэтому и налогов он платит меньше, и таможенных пошлин... Взаимоотношения китайских бизнесменов, по их словам, с официальными лицами и криминальными кругами строятся на обоюдовыгодных условиях. И если рядовой сотрудник милиции, задержавший китайца без документов, забудет об этом эпизоде своей жизни за 100 - 200 рублей, то взятка крупному чиновнику может исчисляться десятками тысяч.

Китаец с денежным чемоданчиком предпочитает иметь дело со сговорчивыми людьми, которых можно ублажить за небольшие деньги. Этот пресловутый китаец тысячекратно клонировался и сумел проникнуть даже туда, куда наших чиновников и не затащишь. Он расплачивается только наличными, он не любит счета, обходит банки. Ни для кого в России не секрет, что почти весь кедр, добытый в России, уходит в сопредельные страны, в основном в Китай и Монголию. Более того, как заявили руководители лесопромышленных предприятий Сибири, на долю китайских перекупщиков приходится до 60 процентов российского круглого леса. Такого таежного беспредела не было за всю историю нашей великой державы.

Конечно, китаец нам друг, но почему он должен безнаказанно разбазаривать наши богатства, не может объяснить никто.

Фирмы-прилипалы

Нигде в мире нет таких строгих и жестких запретов по вырубке леса. И нет другой такой страны, где бы законы так нагло и беспардонно нарушались.

Понятно, что в связи с запретом на вырубку кедра прекратили существование крупные, унитарные предприятия. А сколько появилось незаконных вальщиков леса? Разумеется, нигде эти бригады не зарегистрированы, но, по оценкам специалистов, только одна такая “фирма” численностью 6-7 человек “наваривает” за год не менее 400 - 500 тысяч долларов. Сколько таких дутых и незарегистрированных “фирм”, остается только догадываться. Нетрудно подсчитать и сколько денег не попадает в государственную казну.

Вокруг лесозаготовительных предприятий появилось немало мелких фирм, которые не валят лес, не вывозят древесину, не строят дороги, а являются посредниками, имея при этом доходов не меньше, чем те же государственные предприятия. На доводы лесопромышленников, что отдавать богатство в руки частного капитала нельзя, никто не реагирует, количество “фирм” множится с каждым днем. По их вине творится настоящий хаос и по вывозу кедра, и по транспортировке, и по переработке.

И самая главная беда: в области лесного экспорта игра идет по старым правилам. Главное, что действующее законодательство не предусматривает уголовной ответственности за незаконную заготовку древесины в объеме до 15 кубометров. Поэтому лес воруется, вывозится, сдается. И совершенно очевидно, что нынешнее законодательство необходимо пересматривать в сторону ужесточения ответственности. Законы, принятые в начале 90-х годов минувшего столетия, устарели. Мнение лесопромышленников Сибири и Дальнего Востока однозначное: вывоз кедра нужно взять под строжайший контроль, надо пересмотреть таможенные пошлины, упорядочить регистрационные контракты, аттестацию организаций-экспортеров и сертификационные услуги. Иначе тот беспредел, который сейчас творится в российской тайге, может привести страну к полнейшему разорению.

Пожар - помощник браконьера

По данным Государственной лесной службы, только в результате пожаров за девять месяцев в этом году Россия потеряла 32191,6 га тайги. Ущерб составил 204 млн 822 тыс. 224 рубля. А ведь пожары продолжаются до сих пор, их число перевалило уже далеко за тысячу с лишним.

Сегодня лесные воры на всю катушку используют ситуацию с лесными пожарами. Технология проста.

Где-то в отдаленном месте на территории лесхоза инициируется лесной пожар. Все силы и средства лесной охраны вынуждены с ним бороться. За браконьерами, которые “под шумок” пилят и рубят деревья вблизи дорог, поселков, следить просто некому. Леса поджигают и местные жители по заказу мелких лесопользователей, которые по договору обязаны после себя привести в порядок делянку.

В рукотворных пожарах все чаще обвиняют не только лесозаготовителей, но и лесников, и... китайцев. Говорят, что, прикрываясь пожарами, они вырубают лес на продажу. Если по первой схеме лес поджигают, чтобы отвлечь посты от дорог, то по второй - лес жгут для того, чтобы потом на этом месте провести санитарную рубку. Пожары ведь бывают беглые, кора дерева обгорает, но сердцевина остается нетронутой. Эти деревья необходимо срубить, чтобы пошел новый лес и не развелись вредители. Такие рубки и называют санитарными. Словом, сегодня и лесники, и милиция, и налоговые органы с таможней заинтересованы поймать за руку преступника, прекратить криминальный промысел теневых дельцов от леса. Однако серьезные государственные ведомства до сих пор находятся в ступоре и работают неэффективно. Думается, причина в том, что до сих пор в России нет нормальной законодательной базы. Не передавая полномочия на места, правительство, видимо, просто ждет, что проблема решится сама собой. То есть можно предположить, что, когда не будет леса, не будет и проблемы. Зато страна наша встанет у порога глобальных экологических катастроф.

Владимир Николаев