20 августа 2003 года на Камчатке погиб Игорь Фархутдинов…

Губернаторы тоже смертны…

Мы уже привыкли, что вина за аварии, катастрофы, неполадки, теракты да за все плохое ложится по старой русской традиции на “стрелочников” - летчиков или моряков, водителей или проводников, но никогда - на тех, кто ими управляет. Мало кто будет анализировать, слушая по радио очередное сообщение об ошибке пилота, повлекшей человеческие жертвы, почему он изменил курс, кто дал ему глупую команду, по какому праву непрофессионал-чиновник навязывает решения квалифицированному, но послушному подчиненному.

Межгосударственный авиакомитет только что закончил расшифровку “черных ящиков” вертолета Ми-8, разбившегося 20 августа на Камчатке. Параметрический самописец, спутниковая навигационная система, которыми был оснащен борт губернатора Сахалина, помогли полностью восстановить картину случившегося.

И авиаторы, и журналисты называли самые немыслимые причины катастрофы.

А причина, как всегда, банальна - элементарное несоблюдение инструкций.

В гибели губернатора Сахалина Игоря Фархутдинова, как показала проверка Межгосударственного авиакомитета, виноват не экипаж, не техника, не высоковольтные линии электропередач, как в случае с катастрофой борта Александра Лебедя, а... красивый камчатский пейзаж. И угодливый чиновник по имени Миша, с до сих пор неизвестной руководящей должностью и фамилией, непонятно почему вмешавшийся в управление полетом.

Через двадцать минут после взлета Ми- 8 вертолет, идущий строго на юг, почему-то сменил курс и направился на запад. Именно в это время аудиомагнитофон, находящийся в кабине, зафиксировал разговор возмущенных пилотов:

- Ну и сука Миша, - говорили летчики. - Сказал бы заранее, что придется лететь над речкой, - успели бы посмотреть в аэропорту метеосводку на западное побережье.

Какой из двух Михаилов (губернатора сопровождали сотрудник областного финансового управления Михаил Горюнов и руководитель северокурильской фирмы “Авиатор” Михаил Викульцев) мог приказать пилотам изменить курс и высоту?

Кому из них пришло в голову демонстрировать Фархутдинову красоты Камчатки: знаменитые толмачевские водопады, источники и озеро? Да к тому же в непогоду.
К слову, организатором полета губернатора Фархутдинова был Викульцев и его компания, отвечающая почти за все воздушные перевозки с Камчатки в Северо-Курильск.

- Может, назад повернем, пока не поздно? - сомневался сидящий за рычагами второй пилот Богдан Здор, когда вертолет пролетал в районе среднего течения реки, попав в зону плотной низкой облачности.

- Ага, - возражал командир экипажа Александр Гузанов. - Дома этот урод нажалуется, и нам с тобой начальство яйца оторвет.

Летчики, опасающиеся потерять работу, выполняли прихоти людей “от власти”.

Большие люди хотели зрелищ: “Подумаешь: какая-то облачность мешает”. Привыкли командовать на земле, почему нельзя диктовать условия в небе? Вот и получается: власть толкнула подчиненных на нарушение простых правил и сама же за это расплатилась. Жизнью.

В итоге летчики, пройдя около 40 км вдоль русла реки на запад, огибали неровности рельефа при нулевой видимости, скорости 227 км/ч и высоте 13 метров. Эксперты предполагают, что летчики натолкнулись на небольшую сопку, которая не была даже нанесена на карты. Из-под облаков было видно только ее основание. Пилоты попытались резко подняться, но тут и произошло захлестывание лопастью несущего винта балки ходового винта. Винт обрубил балку, и вертолет, потеряв управление, рухнул на землю.

В последние минуты полета в кабине губернаторского Ми-8 началась паника.

Фразой, на секунду опередившей скрежет металла и жуткий грохот падающего вертолета, была брань в адрес того же “любителя пейзажей”: “Ну... ты ..., Миша!”

Межгосударственный авиакомитет перечислил в своем отчете каждую из неточностей, допущенных пилотами. А что касается степени ответственности “Миши” за произошедшее, этого эксперты не оговорили.

Анна Бессарабова